Главная страница » Материалы за Февраль 2009 года

Пока вы не начали, праанжелика потом будет тоже, обещаю. А пока пракино, лады?
Я решила устроить себе отпуск, валяюсь на диване, качаю по три фильма в день, смотрю и счастлива. Хорошие фильмы оставляю и показываю Стоечке, плохие стираю. Но есть одна категория фильмов, которые Стоечко не любит, а я обожаю почти как брютик. Это фильмы ужасов. Но не все. Про ожившие трупы в зеленой слизи противно, про Джейсонов и Крюгеров не страшно, а про Оменов и других трудных подростков – скучно аж до зубной боли. Годится только про вирусы, про Чужих и про больших голодных акул. Особенно последние. Люди с нежностью хранят воспоминания о своей первой любви, а я тоже человек, что бы там кто не думал, и моей первой любовью были спилберговские «Челюсти». Посему я быстренько скачала все имеющиеся фильмы про акул в количестве полутора десятков. Один из них поразил меня в самое естество, почти как Жоффрей Праанжелику в самой первой части. Не могу молчать, хочу поделиться:
«Бешеные акулы», США, Болгария, 2005 год.

По бескрайнему космосу летит космический кораблик, похожий на кассету от бритвы Gillette Venus Vibrance. В кораблике сидят два инопланетных дяденьки (или тетеньки, не поручусь) и с любовью смотрят на здоровенную светящуюся оранжевую хуйню с надписью «Ющенко – так!». В это время в космический кораблик врезается другой (подозрительно похожий на бритву «Нева»), и они оба взрываются громко. В вакууме не слышно? Ну, извините. Кораблики рассыпаются прямо в пыль, а оранжевая хуйня на опасной скорости приближается к Земле.

Приятель мой и однокашник, поднявшись в конце 80-х на мутной волне
кооперативного движения, вложил деньги. Причем не в МММ-ы и банки, а в
вполне осязаемые вещи в виде:
1. Дачный участок для строительства загородного дома.
2. Машину - престарелую иномарку
3. СОБАКУ (именно так, со всеми заглавными буквами), для охраны
намечающегося на даче строительства.

Но случилось так, что он здорово привязался к ПСИНЕ, напоминавшей скорее
медведя белого окраса с собачей мордой. Псина, чьи родители впрочем не
отличались заботой о чистоте породы, но обладали немерянным энтузиазмом,
платила приятелю ответной любовью.
Одним из проявлений этой любви было то, что она ВСЮДУ следовала за ним,
и даже стояла за него в очереди, коих в то время было немало. Ну и
разумеется, она не могла допустить и мысли, что должна ехать в машине
где либо, кроме как рядом с хозяином на переднем сиденье. Димка даже
пристегивал ее ремнем безопасности, а ПСИНА горделиво сидела, высунув
лохматую башку в приоткрытое окошко.
Однажды пришлось приятелю возвращаться поздно с дачи. Была уже глубокая
ночь, темнота, моросил мелкий противный дождик.

Чебурашка:
- Гена, давай я возьму чемодан, а ты возмешь меня!
- Уговорил, извращенец.

Cтарый ЛИАЗ заскрипел тормозами и остановился. С шипением открылась задняя дверь. Из неё вышел мальчик Лёша в серой куртке, потёртых вельветовых брюках цвета морской капусты и синей вязаной шапочке. На ногах у Лёши были кроссовки. А потому, спрыгнув с последней ступеньки автобуса, он поскользнулся на февральском льду и, не сумев сохранить равновесия, упал.
- Ой, бля, - скривился от боли Лёша.
Пожилой автобус вздохнул, закрыл двери и, кашляя, продолжил свой путь.
Лёша ненавидел этот автобус, кроссовки и зиму. Ещё больше он ненавидел институт, куда ему приходилось вставать ни свет, ни заря, а возвращаться домой под вечер. Он поднялся и отряхнул брюки.

Идти до дома предстояло через парк. Хотя парком это место можно было назвать очень условно. Благодаря усилиям местных жителей, лесополоса превратилась в обычную мусорку. Ни плакат «Свалка мусора запрещена! Штраф 500 руб.», ни приписанная от руки надпись «и ёбля в жопу», нисколько не мешали этому процессу. В детстве Лёша с товарищами любил играть среди бетонных блоков, сваленных здесь после окончания строительства завода. Но, постепенно, место былых баталий было скрыто налётом целлофановых пакетов с отбросами, пустыми бутылками, старой мебелью и какой-то непонятной серой массой. Здесь же справляли большую и малую нужду идущие с остановки. А потому, двигаться следовало с особой осторожностью.
«Вот уроды, - думал Лёша – засранцы, сука! Тут идти пять минут, да какие пять – минуты три и уже начинаются дома. Эх, ещё ж курсач по физике писать… ну что, блять, за жизнь! Одно гавно кругом…» Его невесёлые размышления прервал тихий и пронзительный звук. Среди деревьев Лёша увидел что-то вроде костра или яркого света, который постепенно разгорался. Он свернул с дороги, и широко переставляя ногами, чтобы не вляпаться в фекалии, подошёл ближе. Звук исчез, а перед Лёшей, когда он вынырнул из-за деревьев, засиял большой огненный шар.

В троллейбус мы вскочили в последний момент. Ленка замешкалась на ступеньках, и я нежно, подпихнул её коленом под зад. Она пискнула, и полуобернувшись шикнула на меня: «Змей, зараза…»
- А чё ты, заклинила, прям на входе?
- Так народу ж немеряно.
Народу в салоне оказалось действительно много. Ехать нам было минут сорок и мы, лавируя между пассажирами, стали пробираться вглубь. Найдя место, посвободнее, я взялся правой рукой за верхнюю штангу, а левой за дужку соседнего кресла. Ленка ж, покопошившись секунд десять, разглядывая попутчиков, пристроилась в высвободившееся пространство между моих рук. И тут же принялась нашёптывать, всякую хренотень. Мне было в ломы слушать этот её стёб, тем более, что всё это или почти это, я слышал уже раз сто. Я задумался о своём.

В реальность меня вернул несильный толчок в плечо и зловещий Ленкин шёпот.
- Змей, ты чё обалдел?! – Шипела она мне в ухо, причём шипела так, что шёпот было слышно в радиусе минимум метров трёх.
- Чего? – Не понял я.
- Обалдел, что ли, спрашиваю? А ну-ка быстро убери руку!
- Какую руку? Откуда? – Совсем растерялся я.
- Свою руку, у меня из-под юбки.
- Чего-о-о?!!
- Руку вытащи, гад, из моих трусиков!
- Ты чё, с дуба рухнула?! Посмотри, где мои руки. Видишь одна вверху – Я отпустил поручень и продемонстрировал ей правую руку.
– А вторая на дужке кресла.- И продемонстрировал левую.

Троллейбус качнуло, и я едва не полетел по салону, увлекая Ленку за собой, но вовремя успел опять вцепиться в поручни.

- Хм, - озабочено произнесла Ленка и придирчиво осмотрела окружающих.