Главная страница » Материалы за Декабрь 2008 года

- Кем работает твой муж?
- Переводчиком.
- Книги переводит или фильмы?
- Продукты!!!

 

В ресторане сидит новый русский, подзывает официанта и грит ему:
- Человек, ну-ка убавь кондишн, а то холодновато в натуре!
Официант уходит. Через 5 минут.
- Слышь, гарсон! (тот подходит) Прибавь-ка, братан, кондишен,
что-то жарковато стало... (тот уходит)
Через 5 минут.
- Эй, чувак.. (официант подходит) ..ну-ка убавь кондишн, опять холодно.
(официант уходит)
Сидящий за соседним столиком мужичок подзывает и спрашивает официанта:
- Как ты его еще терпишь?
Гарсон:
- Да без проблем! У нас и кондишена-то нет...!!!

 

Почему у Америки, собирающей лучшие умы мира, такая дебильная внешняя
политика?
- Потому что президентом может стать только родившийся в Америке.

 

Звонит одна pоллеpша подpyге и говоpит:
- Поехали, покатаемся на pоликах.
- Нее.. я не хочy-y.. Сегодня такой день, ты понимаешь...
- Нy ты использyй тампакс, он помогает чyвствовать себя очень комфо..
- ДУРА! _Дождь_ на yлице!

 

... Новогодняя ночь... Что может быть прекрасней! Звёздное небо, мороз, луна ярко освещает дальние сопки и чистейший, девственно нетронутый снег, россыпью алмазной крошки лежащий вокруг.
- Эххх, красота, блять! - выглянув в окошко кабинета, философски вздыхает капитан Бутенко, командир Богом и начальством забытой погранзаставы, расположенной на бескрайних просторах Камчатки.
Истомилась душа капитана. О том ли он мечтал несколько лет назад, когда в парадной форме, с новенькими золотыми лейтенантскими погонами печатал шаг на плацу родного погранучилища. Блестящий офицер, удачная карьера, стремительный взлёт по служебной лестнице, в перспективе должность командующего погранвойсками КГБ СССР, а то и - в самых смелых мечтах — пост САМОГО, Председателя КГБ СССР! Щазззззззз! Жизнь глумливо сунула под нос пресловутую комбинацию из трёх пальцев. Действительность оказалась более суровой. Скоропостижный брак с первой подзалетевшей от него студенточкой, медвежий угол, куда его загнали по распределению, повседневная рутина и суровый быт защитника государственной границы с дежурствами, нарядами, выяснениями отношений с местным, давно и безнадёжно спившимся населением, отдельным представителям которого вверенный ему контингент с завидной периодичностью чистил раскосые и вечно пьяные еблеты. Наиболее небрезгливые и замученные спермотоксикозом бойцы вовсю «пользовали», несмотря на страхолюдный внешний вид и угрозу «намотать на болт», женскую часть немногочисленных жителей посёлка. Житьё в пусть и командирской, но не видавшей ремонта НИКОГДА квартирке, развлечения типа «пьянка-охота-рыбалка» давно набили оскомину. Перспектива карьерного роста на графике жизни стремительно приближалась к оси абсцисс, глумливо застряв где-то на точке ниже единицы по оси ординат, делая вероятность получения вожделенного майорского звания максимально приближённой к вероятности обнаружения гнезда кукушки, и выражалась ёмкой народной идиомой «от хуя уши». Заебали скудные припасы, доставляемые редкими вертолётами с Большой Земли. Заебал и приварок в виде оленины, ягод, грибов и красной икры. Заебала обожаемая и вечно зудящая сука-супруга, не пропускающая ни одного прибывающего на заставу членоносца, о чем не ведал, аки младенец невинный, только сам Бутенко. В общем, жизнь казалась беспросветной, как погон прапорщика Сердяги. Не грела сердце и полученная от командования благодарность за отлов напуганных до смерти японских рыбаков, которых суровый шторм, не признающий государственных границ и суверенитетов, загнал в ближайшую бухту. Все попытки контрразведки пришить им шпионаж потерпели сокрушительное фиаско, и труженики моря узкоглазой и желтолицей державы были просто отправлены на родину. Полученную небольшую премию Бутенко частично просто пропил с офицерским составом, за что получил порцию благотворительных пиздюлей от второй половины ячейки общества, Светки. На другую часть премии отчаявшийся капитан приобрёл пару жутко дефицитных туфель-«лодочек» для неё же, однако получил бонус в виде тех же пиздюлей, поскольку туфли оказались фатально велики и никому, даже супруге прапорщика Сердяги, женщине поистине необъятных статей, оказались не по размеру. Словом, Фортуна, весьма блядовитая дама, повернулась к капитанскому лику, образно выражаясь, тылом.