Вечер. Из открытого окна квартиры первого этажа в доме напротив по двору разливается немного грустная песня о чужой красивой и непонятной любви. В беседке
мужики разливают портвейн "77" по гранёным стаканам, каким-то непостижимым образом сохранившимся до наших дней. Пятница святое дело.
Женщины бальзаковского возраста на лавочках у подъездов степенно беседуют между собой о способах борьбы с колорадским жуком и пятнами ржавчины на
унитазах. "Мелюзга" их внучата копошатся в песочнице, радостно добывая оттуда экскременты, оставшиеся после выгула домашних животных (а где их ещё
выгуливать, как не в песочницах?). Пацаны-школьники о чём-то яростно спорят между собой, размахивая руками и толкая друг друга. Единственное печатное слово
из их лексикона "козёл". Оттого, наверное, и повторяется чаще других. Взрослые стараются не замечать оболтусов, чтобы не портить себе чудесный вечер
накануне выходных. Молодые люди послеармейского возраста собрались вокруг парня, добывающего из гитары что-то отдалённо напоминающее музыку. Если
прислушаться, можно понять, что он что-то поёт. Если прислушаться ещё внимательнее, можно разобрать отдельные слова: "+была огромная+ сноровка,
пятизарядная винтовка". Короче, молодёжь поёт песни тревожной молодости своих отцов+
Неожиданно все звуки двора перекрывает хорошо поставленный оперный голос женщины из открытого окна на третьем этаже. Своим глубоким трагическим контральто
она решила поведать ценителям высокого искусства, что муж у неё конченый идиот и ни хрена с него толку нет ни в постели, ни по хозяйству. Одно слово
классика. В момент, когда пьеса достигает апофеоза, внутри квартиры что-то происходит. Хотя видеть, что именно случилось, никто не может, но это без труда
угадывается, поскольку женщина в один момент виртуозно переходит с контральто на пронзительный визг. На этой высокой ноте она спешит сообщить, что её
убивают. Внезапно всё стихает. Потрясённые слушатели ещё несколько минут находятся под впечатлением услышанного, затем возвращаются каждый к своим делам.
Из подъезда торопливо выходит героиня давешней оперы растрёпанная, одетая наспех, с оттенком лёгкой небрежности, свойственной избалованным славой
оперным дивам. Прикрывая зачем-то ладонью правую половину лица, она растворяется в темноте.
Спустя несколько минут, следом за ней выходит второй персонаж представления вечный пьяница, баламут и бездельник Митя существо мужского пола, без
определённых примет и занятий. Направившись прямиком к беседке, он хрипло просит закурить, берёт протянутую сигарету, закуривает и, выдыхая дым, ни к кому
особенно не обращаясь, изливает накипевшее. Мужики выражают поддержку и одобрение. Кто-то протягивает стакан портвейна. Митя профессиональным жестом
опрокидывает его в себя и возвращается домой праздновать победу.
Стало совсем темно. Женщины бальзаковского возраста извлекают своих перемазанных внуков из песочницы и волокут их, орущих и брыкающихся, домой, по пути
вытряхивая из карманов детишек песок. Мужики, допив портвейн, долго прощаются, хлопая друг друга по плечам. Наконец всё же расходятся. Откуда-то
возвращаются необычно возбуждённые пацаны. Время от времени они начинают хохотать, и только нахохотавшись, в конце концов, тоже расходятся по домам.
Немного погодя по подъездам расходятся молодые люди послеармейского возраста, бережно обнимая своих щупленьких подружек. Вдоволь нацеловавшись в тёмных
углах и наговорив друг другу всякой милой чепухи, свойственной влюблённым, уходят спать и они.
Двор стихает. И, наконец, к четвёртому подъезду подъезжает роскошный "Мерседес". Шофёр в строгом чёрном костюме выходит из машины, открывает заднюю
дверцу, и я вижу в своём оптическом прицеле как оттуда выходит тот, ради кого я весь этот вечер просидел на чердаке этого дурацкого дома...
Загрузка ссылок...
Загрузка ссылок...
Просмотрено: 845 раз
